Пять операций. Как барнаульские врачи спасли мальчика с отмершим пищеводом и дырявой диафрагмой

Пять операций. Как барнаульские врачи спасли мальчика с отмершим пищеводом и дырявой диафрагмой

Косте Усольцеву в сентябре будет пять лет, он любит животных и недавно с удовольствием начал рисовать. Его диагноз очень длинный — врожденная левосторонняя ложная диафрагмальная ущемленная грыжа Богдалека. А еще фактически растворившийся внутри организма пищевод и «дырявый», перфорированный желудок. Таких случаев еще не описывали в медицинской литературе. Костя с рождения не мог есть самостоятельно и уже несколько раз за свою маленькую жизнь почти умирал.

Центр охраны материнства и детства. Анна Зайкова.

Пациент шел не туда

Татьяна Усольцева говорит, что ее беременность протекала нормально, и Костя родился абсолютно здоровым, на третий день они уже были дома. Испытания начались через три недели. У малыша заболел живот, но вскоре он успокоился и уснул, а через некоторое время Татьяна обнаружила, что сын, уже посиневший и еле дышащий, лежит с пеной у рта.

Костя пробыл в реанимации Каменской ЦРБ трое суток, а потом его отправили в Центр охраны материнства и детства в Барнаул. Татьяне пришлось долго лежать в больнице. Врачи предупредили, что личной жизни у мамы теперь никакой не предвидится и потерпеть нужно будет не год и даже не два.

Диафрагмальная грыжа, которую обнаружили у Кости, — не такая уж редкая врожденная патология. Она встречается примерно у одного на 5 000 младенцев. В таких случаях органы брюшной полости «выпячиваются» в грудную через истонченную диафрагму, образуя так называемый грыжевой мешок.

Пять операций. Как барнаульские врачи спасли мальчика с отмершим пищеводом и дырявой диафрагмой Центр охраны материнства и детства. Анна Зайкова.

Однако, по словам Юрия Тена, заместителя главного врача Центра по хирургии, нередкая патология в своем развитии пошла вовсе не по тому пути, который предполагали врачи. Диафрагму Косте укрепили, но малышу стало хуже: внутренние органы сдавили сердце и легкие, и он стал задыхаться. Во время срочной операции выяснилось, что грыжа — ложная, проще говоря, в диафрагме есть дыра, куда полностью вышел желудок и часть кишечника.

«Можно было бы вправить органы и зашить, — говорит Юрий Тен. — Но оказалось, что еще и примерно пять сантиметров пищевода омертвели и загноились. По идее нужно убирать пищевод, но такой операции пациент точно бы не перенес. Поэтому мы сделали вот что: поставили зонд в желудок, чтобы он мог питаться, а пищевод „вывели“ на шею, чтобы слюна не попадала в грудную полость и выходила наружу».

Через три месяца Косте снова стало плохо — пища не проходила, вернулась одышка, появилась пневмония. «Больной уже, как говорится, шел не туда, куда нам нужно», — говорит Юрий Тен и указывает карандашом в небо. Снимки показали, что пищевод у Кости раздулся, как труба, его пришлось полностью убрать от самого горла до желудка.

Пять операций. Как барнаульские врачи спасли мальчика с отмершим пищеводом и дырявой диафрагмой Центр охраны материнства и детства. Анна Зайкова.

Пластика внутри

Практически с рождения Костя потреблял только жидкую и протертую пищу через специальный зонд. И думал, что так и надо. С малышом пришлось серьезно поговорить в 3 года и 7 месяцев, перед операцией по пластике пищевода. «Я ему сказала: сынок, чтобы есть, как все, как мы, надо полежать в больнице и немного потерпеть. И врачей надо слушаться», — вспоминает Татьяна Усольцева.

Пластику делали в два этапа, каждая операция длилась около 2 часов 30 минут. Последнюю Костя перенес две недели назад. Вместо пищевода теперь у него часть его же собственной толстой кишки. Такая операция считается одной из самых сложных в мире. В США она стоит около 140 тыс. долларов, при том, что любая операция на сердце обходится в 40−50 тыс. Для Усольцевых пластику сделали бесплатно, по полису ОМС.

Сложность пластики пищевода в том, что, согласно мировой статистике, в 5−7% случаев трансплантат отмирает и отторгается организмом пациента, а пять из 100 человек погибают либо на операционном столе, либо чуть позже. На счету врачей Центра охраны материнства и детства больше сотни подобных операций и ни одного летального исхода.

Пять операций. Как барнаульские врачи спасли мальчика с отмершим пищеводом и дырявой диафрагмой Центр охраны материнства и детства. Анна Зайкова.

Мальчик мужественно переносит все больничные тяготы. Дети, которые много времени проводят в больницах с самого рождения, очень быстро развиваются. Профессор Тен считает, что постоянная боль буквально «бомбардирует» мозг, заставляя его работать быстрее. Способствует и быстрая смена эмоций от негатива — уколов и других процедур — до позитива, когда рядом мама, игрушки, добрые медсестры и врачи.

Юрий Тен говорит, что Костины патологии можно было «разглядеть» еще внутриутробно. Но так бывает не всегда. Ошибки составляют 50%, то есть в половине случаев серьезные нарушения обнаруживаются уже после родов. И тогда хирурги почти сразу забирают новорожденных на операционный стол.

Костя перенес в общей сложности пять операций, сейчас он полностью здоров и, пройдя еще некоторый период реабилитации и диетического питания, может жить полноценной жизнью и ни в чем себе не отказывать.

Пять операций. Как барнаульские врачи спасли мальчика с отмершим пищеводом и дырявой диафрагмой Центр охраны материнства и детства. Анна Зайкова.

Динозавры и мечты

Костя уже научился самостоятельно пить и ждет не дождется когда сможет попробовать любимые сосиски. Этому предшествовали долгие «тренировки». Нужно было, чтобы малыш все пробовал на вкус, как говорит Юрий Тен, «хотя бы лизнуть», чтобы не потерять вкус и быть готовым принимать пищу сразу, как все заживет.

Больше всего Костя любит динозавров, знает много видов. И даже носочки у него «тематические», на них — «трицератопсы, они добрые, едят траву и не кусаются». В Камне-на-Оби тоже есть динозавры, утверждает Костя. Правда, только в магазине. А еще пауки, тараканы, змеи, мыши, лягушки, скорпионы — мальчик с удовольствием называет свои любимые игрушки.

К животным он относится особенно трепетно: в доме живут две кошки, и одна из них недавно принесла пятерых котят. Костя решил сразу, как только выздоровеет, отправиться в зоопарк.

В семье Усольцевых пятеро детей: 19-летний Руслан учится на железнодорожника, Никита выбрал автотранспортную специальность, Артур — школьник, а Матвей готовится в этом году идти в первый класс. Их отец покинул семью, как только родился Костя, и стало понятно, что с ребенком будут большие проблемы. Старшие братья буквально заменили папу, взяли на себя часть обязанностей по домашней работе и воспитанию младших. Теперь все они с нетерпением ждут Костю из больницы.

Костя очень хочет домой. Он рад, что теперь может пригласить друзей на свой день рождения и Новый год и будет сидеть вместе со всеми за столом. А доктор Тен обещал, что уже через две-три недели малыш сможет сам есть свои любимые сосиски.

  • Надежда Тиунова
  • Места
  • Барнаул