Суд забрал московскую квартиру жены депутата Алтайского Заксобрания за 65 млн рублей

Алтайский краевой суд удовлетворил требование прокуратуры региона и обратил в пользу государства столичную квартиру, купленную женой депутата Алтайского краевого Заксобрания Владимира Попова (КПРФ). Об этом сообщает пресс-служба Генеральной прокуратуры РФ. Как установил суд, недвижимость была приобретена Поповой за 65 млн рублей, хотя суммарный задекларированный доход супругов не позволял этого сделать, а других источников дохода у них не было. Таким образом, решение районного суда об отказе удовлетворить требования прокуратуры было отменено.

По данным надзорного ведомства, супруга депутата приобрела в собственность эту дорогостоящую квартиру в Москве в 2017 году. Ее стоимость превышала 65 млн рублей, однако задекларированный совокупный доход семьи за предшествующие три года не превышал 3 млн рублей. Прокурор Алтайского края направил в Павловский районный суд Алтайского края исковое заявление с требованием обратить в доход государства дорогостоящий объект недвижимости, приобретенный на неподтвержденные доходы. Районный суд отказал в удовлетворении заявленных требований. По сведениям ИА «Банкфакс», сторона депутата на суде объяснила, что покупала квартиру на заемные средства, выданные одним из предприятий, составляющих их бизнес.

После решения первой инстанции прокуратура внесла апелляционное представление. В результате Алтайский краевой суд признал требования надзорного ведомства обоснованными, отменил решение суда первой инстанции и принял новое – об обращении в доход государства объекта недвижимости. Решение вступило в законную силу.

Напомним, об интересе прокуратуры к декларации о доходах и имуществе народного избранника и бизнесмена источники ИА «Банкфакс» сообщали еще в июле прошлого года. Надзорное ведомство тогда якобы увидело противоречие между относительно скромными официальными доходами депутата и его жены, отраженными в документе, и расходами семейства. Тогда речь как раз могла идти о неназванной недвижимости. Сам Владимир Попов тогда говорил, что оснований для интереса прокуратуры к его декларации нет, а распространившиеся сведения об этом — не более чем слухи.